Страна Дождя. Амегакуре
22 года назад
Конан на этот момент 10 лет

Смерть, кромешный мрак и разрушение. Война в Амегакуре началась примерно через 30 лет после основания. На заре эпохи шиноби, когда скрытые дервни возникали одна за второй, Страна Дождя держала оборону в окружении вражеских государств. Но после того, как легендарный шиноби, что возглавлял войска страны, погиб в бою, его страна тоже - пала. Внутренние распри, восстание, борьба за власть среди верхов, и другая суета, которую наводили испуганные и обездоленные люди... Это был час, когда всё горело, семьи рушились, а герои - умирали, так и не родившись...

Конан было шесть лет, когда её родителей убили. Она толком и не помнила, что именно случилось - что стало тому причиной, и как так получилось, что она оказалась на улице. Среди других бродяжек, среди других бедняг, которые не имели крова и крыши над головой, Конан была малой маленькой и, можно сказать, трогательной - похожей на цветок, который можно легко задавить случайно задев ногой. 

Сейчас ей было десять лет, но она с трудом помнила, когда был её день рождения, да и следить за временем в стране, где каждый день может стать последним - тяжкое бремя. 

Гром и молнии, проливной дождь. Конан прячется вместе с двумя другими сиротами. Не теми, кто станет потом её друзьями, её опорой и побратимами, но другими. Тогда ей толком было не ведомо, что такое семья. Четыре года она побиралась, бежала с одного селения к другому, просила переночевать в каком-то подсобном помещении на первых этажах высотных зданий, и всё такое. Для тогдашней Страны Дождя дети - это не будущее, но лишь обуза...

И сейчас прошёл бой. Очередное селение лежит в руинах. Вместо домов и многоэтажных зданий со стоками - есть только развалины, которые остались и дымятся, сплошное пепелище. Шиноби, которые сражались со своими конкурентами, уже ушли. Повстанцы наняли наёмников с других стран, на севере всё чаще появлются выходцы из Страны Земли, на пограничьях идут бои с самураями, всё чаще на юге можно видеть шиноби, которые приходят со знаком Листа на своих протекторах. 

Конан научилась бояться шиноби - от них всегда веет смертью и кровью. Сейчас они с сиротами прикидываются, словно их нет - словно тут никого нет, совсем никого, никто не тронет пустое место. Лучше быть пустым местом, чем трупом. Конан задерживает дыхание, сидит, прижимается к меньшему сиротке, обнимая его руками. Для собственного детского сознания они все - просто единая суть, просто дети войны, которые сидят сейчас под развалинами и ждут, пока всё пройдёт. Пока наступит ночь, что бы под шум дождевых капель убежать в закат, снова покинуть место, которое обжили, и которого - больше нет...