Тело куноичи, уловив благоприятные условия для пребывания в воде, довольно растворилось в ней, словно две совместимые по настроению стихии — Ино хотела как можно дольше задержаться тут. Мысли, что не давали ей покоя, более не тревожили ее разум, всё, о чем она думала сейчас, сложно было бы описать одним конкретным выражением. 

Спустя время к водоёму спустилась еще одна девушка, и без лишних слов спустилась по пояс вниз, составив тем самым компанию светловласке. Яманака не стала утруждать себя тем, чтобы осмотреть новопришедшую, а лишь снова мечтательно разнежилась в водной толще как в мягкой постели, сопровождая сие действо блаженными вздохами. 

"Надо стараться почаще выбираться так после миссий, я чувствую, как моё тело вбирает в себя энергию для дальнейшего использования ее во благо." 

Видимо, брюнетка, что совсем недавно очутилась здесь, чего-то стеснялась, поскольку продолжала сидеть обернутая полотенцем, не решаясь скинуть его. 

— Расслабься, — спокойно протянула куноичи, прямо чувствуя витающее в воздухе легкое напряжение, исходящее от другой девушки, — какой смысл приходить сюда, если не можешь расслабиться и отдохнуть? 

— А.. а если сюда кто-то зайдёт? — с некой дрожью в голосе пролепетала стесняшка, — например, какой-нибудь парень или что хуже, несколько? 

Всё, что оставалось Ино в ответ на нелепое предположение, так это тихонько рассмеяться. 

— Я сомневаюсь, что парни вообще посмеют сюда зайти, а идиотов, не умеющих различать, где женское, а где мужское купалища - так вообще быстро выпнут за порог. 

И всё таки, путём недолгих переговоров, Яманака убедила девушку избавиться от полотенца, и плюхнуться в воду. Скорее всего, флюиды, источавшие уверенность в себе и в своем неприступном положении, сыграли в этом большую роль. Куноичи довольно улыбнулась, ведь слившись с водой, та брюнетка более не представляла из себя что-то выбивавшееся из картины, из общей композиции горячего источника. 

— Спасибо, так действительно намного лучше, — подытожила девица, и с головой ушла под воду несколько раз, чтобы смыть с себя последний налёт некой зажатости и стеснения, оставляя место лишь для того, чтобы насладиться приятным отдыхом.