Широ вышла из своей арендованной комнаты, обладая грацией, лишенной всякого стеснения, словно она несла в себе величие, где каждый её шаг казался прогулкой по пути к собственной долгожданной славе. Её голые ноги, касаясь деревянного пола таверны, плавно плыли, создавая атмосферу тихой гармонии. Эта небрежность в её движениях словно танцевала с её неоспоримой решимостью, формируя уникальное восприятие её личности.

Она несла в себе нечто более глубокое, чем просто физическое тело; в каждом её движении звучала тяжёлая музыка её собственного пути и высоких амбиций. В момент, когда её присутствие озарило зал, мужчины замолкали, встречая Широ взглядами, наполненными как изумлением, так и восторгом. Их взоры останавливались на её ногах, едва прикрытых тканью, в этот момент они видели не просто девушку, а исключительное явление, вызывающее в них трепет и желание.

Чувствуя взгляды, Широ неизбежно ощущала волнение, смешанное с некоторой неловкостью, но в тоже время, её уверенность в своей силе и цели была абсолютной.

Шаги Широ, словно нежный отголосок её внутренней решимости, растекались по полу, когда она приближалась к стойке, где Бисмор, как хранитель таверны, встречал своих гостей. Взгляды, полные восхищения, скользили по её фигуре, словно легкий ветер, но она шла вперед, словно не замечая всего этого. Голос Широ, тихий и утонченный, напоминал легкое пение весенних птиц, когда та обратилась к владельцу таверны:

— Бисмор, - начала она, поднимая на него взгляд, — Может быть, найдется какое-то занятие, в котором я могла бы вам помочь? Я готова к труду и ищу возможность подзаработать.