Выйдя из того самого барчика, на улицу, а там уже и на самую главную. Девушка невольно задумалась над тем, а сто ей дальше сегодня поделать? Начало дня, времени было еще достаточно, а окончательно полениться она сможет и потом. Нужно еще выполнить свой план дел на сегодня, друзей она пока не нашла, даже не успела познакомиться с кем-то ну хотя бы, может быть под работает слегка? 

В городе было не протолкнуться, особенно у входа штаб. Утро. Люди спешат на свои рабочие места. Хану пришлось пропустить около десятка людей прежде чем ему уступили дорогу наружу. В руках у него было ведро, совок, грабли, лопата и метла, многое из этого для уборки ему не пригодиться, хотя, мало ли будет нужно. Покинув штаб Хан направился в сторону кладбища.

Словно невесомый, невыразительной тенью, едва ли различимой человеческому глазу, он несся стремительными прыжкамиКонтроль Чакрыchakra(10) вдоль шпилей и черепичных крыш, то и дело пролетая над многометровыми «каньонами» серокаменного селения. Его полуприкрытые глаза без явного интереса к пейзажу неусыпно скользили по сторонам, из раза в раз стремясь заприметить в мелькающих сутолоках людей хоть кого-то, кто нес бы в своих руках хотя бы что-то отдаленно напоминающее украденный экспонат.

Однако все попытки несли в себе сплошные неудачи, и тогда «тень» резко переломила линию своего пути, устремившись с очередным прыжком в сторону куда менее людных мест. 

Событие: Извозчик - ранг B, 3000+ символов

Утренний мрак, неохотно отступающий перед первыми лучами небесного золота, на последних издыханиях окутывал деревню и уводил в темную тень, по коей мерно следовал юноша. Его белоснежный волос и восковая бледность кожи сливались с молчаливой городской панорамой из светлого камня. Бессменно в поисках смысла и цели, он скользил сквозь узкие переулки, словно ирреальный мираж, стремящийся сыскать свое место в этом жестоком мире.

Жизнь лишена предсказаний, она своенравна и полнится сюрпризами, ее нельзя просчитать. Ее неумолимые наскоки незримы, пока случай не оставит эфемерный порез на разуме и сердце. Нельзя даже и близко предположить, какой путь расчертит ее очередной каприз. И когда фантомная рука провидения наносит удар, остается только два варианта: поиск решений и ответов, либо же смирение и покорность перед лицом невзгоды. Среди сумрака и тишины, смазанным очертанием и раскатистой бранью, внимание Кимимаро привлек второй вариант.

С каждым шагом малахитовый взгляд соприкасался с картиной обыденной жизни — с мужчиной, отмеченным благородной сединой старших лет, стоящим подле повозки без колеса. Он не пытался восстановить порядок, лишь в задумчивой растерянности чесал белесый затылок, смотря на накренившийся воз. Сердце паренька тут же екнуло, будто ему поведали трогательную историю, вложив желание откликнуться на бессловесный зов о помощи огорченному и униженному своим положением человеку.

Сила Кимимаро проистекала из битв и была сосредоточена только на кровопролитии чужих жизней, но его врожденная доброта и мягкосердечность не позволили ему остаться равнодушным к чужой нужде. Несмотря на собственное безразличие к окружающему миру, он понимал, что помощь этому торговцу была необходима ровно так же, как и ему самому. Стать нужным хоть для кого-то и хотя бы на малую крупицу времени…

Приблизившись к повозке, Кагуя без лишних слов ухватился за брус, проходящий вдоль днища, и без особого труда приподнялКонтроль Чакрыchakra(1) его над землей, уравновешивая конструкцию. Он перевел взгляд на мужчину, искоса взглянул на него глазами, исполненными состраданием и заботой.

— Позвольте мне помочь Вам, — горестная доброта отражалась в каждом слове его тихого и лишенного эмоций голоса.

Торгаш, пораженный этим неожиданным предложением, медленно поднял глаза на незнакомца, до краев наполнившись надуманным самому себе благородством чужих намерений. Зеленый взгляд, смягченный жалостью и сочувствием, в одночасье накрыл его неким вдохновением и верой в людей, даже в таком месте, как Киригакуре.

Старик не стал терять времени, пока любезная рука помощи держала задний край телеги, — сразу же кинулся собирать упавшие на землю коробки с продовольствием.

***

Усилия Кимимаро сквозь время превратили оловянный сумрак отступающей ночи в живописное полотно солнечного утра. Они, столь несовместимые, инородные друг другу, настойчиво продолжали тащить повозку, полную товаров — старик вел за тяжи, а его помощник молчаливо следовал позади, удерживаяКонтроль Чакрыchakra(1) задний борт.

Постепенно они достигли входа магазинчика, ветхого и старого. Переполненный чувством благодарности, старик был готов одарить спасителя любым товаром своего далеко нескромного ассортимента. Он обернулся к незнакомцу, чтобы выразить свою признательность не только лишь словом, но тот уже скользил обратно во мрак улиц Киригакуре, словно призрак, пройдя столь желанный ему путь пользы для кого-то, оставив за собой след молчаливой доброты.

Подлунная земля лениво пробуждалась в дымках раннего утра, обвивая деревню пеленой хладного тумана. Отчужденный юноша, чье имя звучало словно жалобное эхо в тишине, неторопко и осторожно ступал по мощеным улицам, следуя в неизвестность, не задумываясь ни о своих страхах, ни о собственных предчувствиях — им просто не было в нем места. 

Кири, волглая по прихоти зыбкого марева и проглядываемая лишь малыми прорехами в завесе, отражалась в безразличии его очей полным опустошением и разочарованием. Шаг за шагом, Кагуя продвигался вперед, находя в себе лишь настойчивое желание разгадать собственную судьбу и ее смысл.

Каждое его движение полнилось мягкой грацией, будто каждый шаг тщательно продуман и расписан по нотам эфемерной мелодии. Каждый его вздох пронизывал воздух словно ветер, разносящий в нем неизбывные печаль и скорбь.

Улочки расчетливо оберегали фигуру в темной накидке, будто намагниченные ее редким присутствием. Туман, давно ставший визитной карточкой этого места, казалось, был соткан из чьих-то страхов, ведь неизвестность пугает любое осмысленное существо, обрекая на непонятные разуму трепет и тревогу. Но, вместо того чтобы утонуть в этой черной воде, исчезнуть в волне липкого ужаса всем своим естеством, Кимимаро хранил в своей душе покой. Юноша проникся этой дымкой, она кутала его и оживотворяла сердце, заключенное за ненормально упругой оболочкой. В туманном танце своих шагов он чувствовал себя существом, стоящим на границе реальности, возносящимся над прозаичной суетой повседневности чужих жизней. Незримость и неизведанность, и он среди них, символично бредущий куда-то вперед, стремясь наконец раскрыть глаза и увидеть путь собственной жизни. Он двигался в белесой пустоте ровно так же, как и проживал собственную жизнь — брел без цели в никуда, неспособный предположить даже на малую толику, что ожидает его впереди. Однако спокойствие легонько жало его сердце нежной рукой, потому что вопреки и до сих пор он продолжал идти.

Тихая улица, словно мимолетное иллюзорное отражение его прозябания, постепенно вводила Кимимаро в заколдованный лабиринт мыслей. И он продолжал свой одинокий марш, грезя хоть о какой-нибудь цели, к коей стремились его искореженные надежды.

Бездомное животное 800 символов

Наконец покинув здание штаба, молодой шиноби петляя по утренним улочкам Киригакуре направился к выходу из деревни. Однако ему было суждено задержаться. Так как он увидел нечастного пса, что был почти незаметен в тумане, обыденным в этих краях. Он опустился на один уровень с несчастной животиной.

- Плохо выглядишь, дружок. - Невесело улыбнувшись, обратился Блу Би к трясущемуся от голода псу. - Подожди, кажется у меня что-то завалялось в карманах.

Быстро проведя ревизию своих скромных пожитков, псевдо-джинчурики обнаружил данго. Он немного посомневался, ибо не был уверен, что животным можно такое есть, но всё-же отдал шарики собаке.

- Сомневаюсь, что тебе такое подходит, однако... если ты действительно голоден, то съешь всё. - Произнёс шиноби оставляя еду в паре шагов от собаки.

Встав и отряхнувшись, парень неспеша продолжил свой путь к главным вратам селения. 

Сквозь закрывающиеся отяжелевшие веки прокрадывался еле уловимый для ушей детский плач. Настолько быстро усиливающийся и проникающий за пределы происходящего места, что кареглазый машинально обернулся на источник звука. Секундное калебание для принятий решения: да или нет? Тяжело вздохнув, он все же решил направиться к месту происшествия, ведь в его силах избавиться от этого плача.

-Пушистик, слазь! Пожалуйста! Я тебя славлю! -Кричал ребёнок, слезы катились с её глаз ниспадая на щеки тоненькими влажными дорожками. У каждого бы ёкнуло сердце от подобной картины, но брюнет следовал несколько другим эмоциям - раздражению. Такое уж точно помешало хорошему сну, да и может что-то в закромах его черствого сердца решило пробиться наружу, позволяя чему-то светлому протянуть руку помощи ребенку. Подобного признавать и осознавать он уж точно не станет, следуя мысленно именно к тому, что хочется просто тишины.

-Пушистик решил поиграть с тобой в "догонялки"? -Послышался басистый голос Тэкеши, слабо улыбающегося в ответ на расстроенную моську. Это помогло, ребенок отвлекся, потирая покрасневшие глазки от продолжительного плача. Сил хватило лишь на кивок, -Закрой глаза и протяни руки. Я уверен, он точно спустится. -Шиноби решил пойти другим способом. Вместо того, чтобы вести переговоры с ней и искать изощренные способы решения проблемы, он выбрал отвлекающий маневр.

Как только девочка прикрыла глаза, чакра наполнила тело. Примерное расположение животного он заметил, вглядываясь в крону дерева. Ещё один хищник, безуспешно решивший покорить вершины и вернуться назад. Моментально перемещаясьШуншинchakra(10) к ветке после недлительной задержки, брюнет спустился обратно аккуратно вкладывая кота в руки. Животное же, шокированное подобным, даже не успело что-либо предпринять, -Вот видишь, всё вышло. -Махнув рукой на прощание, он наконец тяжело выдохнув направилсяШуншинchakra(5) к отелю, -"В какой раз вмешиваюсь в подобные пустяковые дела, надо прекращать идти на поводу у того, что может стать в будущем слабостью"