Похоже, действительно стоило бы проредить ряды Анбу, если те были настолько сообразительными, что не могли отличить моменты, когда хлопок совершался по нужде и требовал их появления, от тех, что служили лишь для пущего эффекта и не подразумевали чьего-либо вмешательства. В любом случае Тобирама лишь слегка повернул голову, почувствовав незваного гостя, и почти сразу вернул ее в прежнее положение, стоило Хокаге приказать тому вновь исчезнуть. « Репетиция, да? » недовольно пронеслось в голове альбиноса, что был в некотором роде разочарован поведением некогда элитных защитников как самого каге, так и деревни. Разочарование было не столь большим, чтобы он не мог контролировать  внешние преображения касающиеся этого вопроса, а потому и визуально понять, как на это отреагирует представитель Сенджу Ичизоку Вэю было не дано в данной ситуации. Ни один мускул на лице не дрогнул, а сам парень был слишком сдержан, как в данном вопросе, так и в целом, что не позволило бы ему как-то высказываться сейчас. Да и к тому же, оное лишь было очередным фрагментом собирательного образа Хокаге, который продолжал потихоньку выстраиваться самым неожиданным и непредсказуемым образом.

Когда же Учиха встал и начал расхаживать по кабинету, взор темно-розовых очей следили за его передвижениями, а руки в привычной манере были сложены на груди. Слова, произносимые главой селения, вроде бы даже казались ему искренними и будто бы были из разряда тех, что хотел бы услышать белобрысый от любого Учиха, нежели очередную песню про необходимость овладеть силой, как было тем свойственно в большинстве случаев. Но было так же и не исключено, что вся эта бравада была лишь фасадом, за которым могла скрываться истинная мотивация, которая бы дополняла ту часть, что была упомянута вот только что. Тобирама был не из тех, кого сладкие речи могли бы переубедить в своих убеждениях, но пока что причин для недоверия к Хокаге была лишь одна и только время могло показать, достоин ли тот, как своей должности, так и доверия различных шиноби, в том числе и чунина в лице Сенджу.

Хотя его и удивило то, что столь занятое должностное лицо проявило к нему особое внимание, что аж выкроила время на изучение отчетов десятилетней давности, о которых уже и сам альбинос то успел позабыть за ненадобностью. Но истины в его словах было предостаточно, чтобы бы ту было не отнять, ведь действительно за любого человека, а в особенности шиноби на службе у какурезато, говорили в первую очередь действия и последствия, к которым привели первые. Это намного громче любых слов, обещаний или клятв, что еще давно для себя установил белобрысый, от чего даже был вновь рад услышать разделяемое с ним мнение. Пускай это и не было отображено широкой улыбкой, соответствующей гримасой на лице и мимикой, что была бы свойственна актерам или, как выяснилось, Вэю, но на то были свои причины. Тобирама попросту никогда не был эмоционально открытым человеком, что так же не означало и его закрытость само собой, а скорее было проявлением здорового прагматизма, коим он руководствовался всю жизнь при любом удобном и не очень случае.

Когда же речь зашла о Яманака, что некогда был награжден рангом чунина и, по всей видимости, слишком поспешно, атмосфера в кабинета изменилась. Она стала куда более тягучей, тяжелее и приобрела неприятное послевкусие, ощущающееся всеми органами чувств разом. Но так же быстро, как оная атмосфера материализовалась, она и испарилась, стоило только Хокаге перейти на псевдокрик вкупе с глупой рожей, что была отражена на месте ранее лица, во всяком случае внешне, рассудительного и серьезного человека. Осознание смысла же всего этого не заставило себя долго ждать и причиной тому была как манера речи, так и поведение, которое уже казалось привычным для обладателя проклятых глаз.

В этот момент пристально изучающие Тобираму глаза Вэя могли наткнуться на искреннее, продлившееся не более секунды, непонимание. Или может лучше сказать сомнение? Тогда уж пусть лучше будет скептицизм. Основанием тому была довольно очевидная причина, о которой, собственно, и пойдет дальше речь. Дав полностью собеседнику выговориться, ни разу того не перебивая и выслушивая все его тейки, Сенджу легко выдохнул, словно перед долгим рассказом, который, по сути, таковым и не должен был являться.

— Все верно. Если он действительно исчезал так же, как я, в чем я, к сожалению, сильно сомневаюсь, то это был не шуншин. Полагаю, перед этим он складывал печать конфронтации? — теперь уже глаза альбиноса изучали стоящего напротив него Учиха, и когда те заметили ярко выраженное согласие на его лице, первый продолжил свою речь — В таком случае он использовал одну из моих техник, что были переданы мной на вооружение Конохи. Если в первый раз, когда изобретенная мной техника теневых клонов была просто описана в свитке, и была представлена без какого-либо метода шифрования, то при описании этой я действовал куда практичнее, что и привело к некоторым сложностям в ее постижение, но привело не к столь плачевным последствиям. Ведь, как я думаю, Вам хорошо известно, что знания о клонах, которые ранее принадлежали лишь Листу, теперь распространились по миру. — явно недовольный этим фактом Тобирама не стал упоминать предыдущих Хокаге в негативном ключе, что ошибочно доверились шиноби, коим решили доверить столь ценные знания, а потому просто продолжил без заминок — И если их использование хоть и создает преимущество на поле боя, но вместе с тем несет и большие риски для использующего технику, то техника, речь о которой Вы завели, имеет куда больший потенциал, не имея тех недостатков, что имеют теневые клоны. Именно поэтому, при описании принципов ее работы, мной были использованы всевозможные методы, дабы постичь ее полностью мог лишь тот, в ком действительно сильна воля Огня. Для всех остальных же будет неведома и половина из написанного. Но даже так... — он наконец перешел от предисловия к тому, о чем собственно спрашивал Вэй — в умелых руках эта техника имеет неограниченный потенциал, который может изменить ход любой войны, не говоря уже о битве. Ее принцип в мгновенном перемещении, что по сути напоминает технику призыва, так как задействует манипуляцию с пространственно-временным континуумом. В отличии от шуншина, это не является простым ускоренным движением, и потому да... мы исчезаем в прямом смысле этого слова. К сожалению, большего я рассказать не могу даже Вам, Хокаге-сама. — Тобирама ответил той же уважительной манерой, что была проявлена и к нему, после чего собирался завершить свой ответный монолог — Возможно, в будущем, я надеюсь, появится тот, в ком воля Огня будет не слабее моей и кто сумеет в полной мере овладеть техникой Летящего Бога Грома. Пока же все шиноби, встреченные мной, у которых она находилась на вооружении, пользовались ею с заметной временной задержкой. Это служит прямым доказательством их некомпетентности, неподготовленности и, что, пожалуй, еще хуже, отсутствия у них тех основополагающих принципов, которыми руководствовались первые Сенджу при основании деревни.

В конечном счете ответ Тобирамы должен был пусть и не полностью, но все же утолить жажду знаний Вэя. Однако вместе с тем он лишь приоткрыл завесу над куда более интересными вопросами, тем самым не столько удовлетворив любопытство собеседника, сколько разжег его еще сильнее, породив новую жажду знаний.