Лунный свет струился сквозь туман, превращая лес в подобие гигантской лаборатории - стерильной, холодной, идеальной для наблюдений. Орочимару медленно шел, его пальцы непроизвольно сжимались в знакомом жесте - будто держали невидимый скальпель, готовый в любой момент препарировать этот мир.

И тогда пространство перед ним разошлось, словно рябь на воде и перед ним возник... нет, не он.

Не совсем он...

— Любопытно..., — прошелестел Орочимару, его глаза сузились, — Пространственно-временной разлом? Или...

— Проекция возможного, — ответил двойник. Его голос звучал... спокойно. Слишком спокойно для них обоих.

Орочимару окинул его взглядом: та же бледная кожа, тот же острый подбородок. Те же тонкие пальцы, знавшие вес скальпеля и текстуру человеческих внутренностей. И глаза... Их выражение было другим — теплым, почти человечным.

— Ты… — прошептал Орочимару, и в его голосе впервые за долгие годы прозвучало нечто, похожее на замешательство.  

— Да. Хотя, пожалуй, «ты» — не совсем точное слово.  — он улыбнулся, но в его улыбке не было той ядовитой насмешки, нечто... тёплое

— Тот, кем ты мог бы стать... Тем, кто спасает, а не губит.

— Ты... отказался от познания истины?  - констатировал он, чувствуя, как в груди закипает что-то темное. 

Двойник покачал головой:

— Я нашел другую. Ты потратил десятилетия на поиски бессмертия, но так и не понял главного...

Орочимару скривился. Он почувствовал, как его рука непроизвольно сжалась в кулак.

— Ты вскрыл тысячу тел, — двойник говорил мягко, но каждое слово било точнее скальпеля. — Изучил каждую клетку. Но ни разу не задался вопросом - почему они так цепляются за жизнь? Даже когда ты вводил им яд. Даже когда отрезал по кусочку...

Орочимару замер. В его лабораториях действительно... всегда кричали. Даже когда по всем расчетам подопытные должны были молчать.

— Примитивная нервная реакция, — буркнул он, но в голосе впервые зазвучали нотки сомнения.

Двойник поднял руку - и Орочимару невольно отпрянул, ожидая атаки. Но тот просто провел пальцем по стволу дерева, где светлячки выписывали замысловатые траектории.

— Я тоже искал вечность. Пока не осознал - мы уже бессмертны. В каждом открытии, которое делают наши ученики. В каждом уроке, который...

— Сентиментальная чушь! - Орочимару резко выдохнул. Из его рукавов выползли змеи, готовые к атаке. — Ты... предал саму суть познания!

Двойник лишь печально улыбнулся:

— Нет. Я просто перестал бояться.

— Бояться? Я?!

— Страх - вот что двигало тобой. Страх смерти. Страх не успеть. Страх, что все твои открытия...

Пространство вдруг заколебалось. Двойник начал растворяться.

— Подожди! — неожиданно вырвалось у Орочимару, —Ты... ты действительно нашел это? Бессмертие?

Последнее, что он услышал перед тем, как видение исчезло — эхом повисло в воздухе:

— Нет. Я нашел нечто лучшее - покой...

----

В глубине новой лаборатории Орочимару разглядывал пробирку с биолюминесцентным раствором. Вещество светилось мягким голубым светом - точь-в-точь как те светлячки...

Он резко поставил пробирку на полку и отвернулся. Но через мгновение снова повернулся - и аккуратно поправил ее, чтобы лучше видеть свечение.

А где-то в другом мире его двойник в это же мгновение поправлял очки, объясняя что-то группе студентов. И почему-то улыбался...