Пепел.  

Он осел на ресницах, въелся в поры кожи, забил легкие едкой горечью неудачи. Действия не принесли результата — но разве результат был целью? Уголки тонких губ дрогнули, вытягиваясь в улыбку, лишенную тепла. Не триумфа, не досады — лишь холодного, почти клинического любопытства.  

«Интересно.»

Это не был бой. Бой предполагает азарт, ярость, страх — низменные вибрации животного начала. Нет, перед ним был лишь… "эксперимент". Очередная переменная в бесконечном уравнении, которое он решал уже столько лет, что сам забыл, когда начал.  

И тогда куноичи подожгла пепел.  

Мир вспыхнул.  

Он не увидел пламени — лишь внезапное давление волны, сжимающее время в тиски. ТелоСила Белой Змеиchakra(10) отреагировало раньше мысли: мускулы, выточенные десятилетиями тренировок и куда более изощренных модификаций, рванулиКонтроль Чакрыchakra(10) его назад. Два метра. Ровно столько, сколько нужно, чтобы горячий ветер смерти лишь опалил полуразвевающиеся волосы, но не коснулся кожи.  

Пальцы уже двигались — не по воле, а по древней, вбитой в плоть памяти. Печати складывались сами, будто его руки были лишь инструментом чего-то большего. 

И тогда от него вырвалось "этоВеликий Порывchakra(40) 5535"

Не просто поток воздуха. Это был вопль самой пустоты, рвущейся заполнить пространство. Вихрь, родившийся не от желания победить, а от жажды увидеть — что произойдет? Что останется, когда две стихии столкнутся в чистом, беспримесном противодействии?  

Глаза Орочимару сузились, в них вспыхнул холодный, ненасытный интерес.  

— Ну что же… — прошептал он, и в голосе его звенела жажда познания. — Посмотрим, действительно ли огонь сильнее ветра…