Жестокий, дневной жар постепенно уходил, растворяясь в вечерних сумерках, оставляя после себя лишь едва уловимые лучи убывающего солнца. Время застыло на мгновенье. Хрупкое, до боли уязвимое, «эго» Ханами было задето всего одной, небрежно брошенной фразой. Едва вспыхнувшая искра неторопливо превращалась в пожар, аккуратно затрагивая собой непозволительные, для обычного человека, мысли. Он — бестактный, грубый и высокомерный Учиха, позволяющий себе столь легкомысленно бросаться пустыми угрозами? Это даже звучало смешно, хоть и оставалось в полной мере олицетворением их пылающей, от нетерпения, жажды показать себя. Инстинкты обострились, стирая безразличие с умиротворенного лица. Поступающая по венам сила,  достигала своего апогея, пропитывая каждую клетку своего тела столь необходимым жизненным ресурсом. Казалось, что ещё чуть-чуть и... все живое здесь обратится в пепел. Нужен лишь лёгкий толчок, нарушающий стабильность между ними. 

— Боюсь, всех пальцев не хватит, что бы хоть на процент воплотить задуманное тобой. — Мягкий, умиротворённый голос оставался позади, сменяясь более грубым и напыщенным тоном. Едва выталкивающий воздух, словно кипел в её легких, оставаясь на устах лёгкой, влажной дымкойНе владеет этой способностью. Призрачное величие, что на мгновенье затуманило разум, твердило лишь об одном — закончить все в моменте, вытирая это недоразумение об собственные ноги. Пальцы поджались, вздрагивая от возбуждения, молниеносно возвышая собственную руку вверх и упираясьУсиленная чакрой физическая силаchakra(25) в увесистую грудь брюнета, а после... застопорились, оставляя на металлической броне глубокую трещину. Едва заметная, слабая тень где-то вдали соприкоснулась с её разумом, отбиваясь знакомым именем и обращаясь к здравому смыслу, как к чему-то невозможному. Будь Ханами более внимательной, то смогла бы заметитьНе владеет этой способностью Микото ещё с десяток километров до её прибытия, но замыленные в собственной ненависти чувства, позволяли сделать это только сейчас. 
      

Выяснять отношения при столь добродушной и миролюбивой представительницы их собственного клана — не самая лучшая идея. По крайней мере, куноичи не всегда находилась в каких-то доверительных отношениях с данной персоной. Как собственно, с любым другим человеком, носящим их клановую фамилию. Опуская руку в привычное положение, сдвигая собственные бедра в полуобороте к новоприбывшей, Ханами лишь облегченно вздохнула, осознавая насколько была близка к необратимому. 

— Мы просто тренировались, Микото. Ты здесь какими судьбами? Будто бы уже поздно для тренировок.  — Её звонкий голос обратился к брюнетке, оставляя позади все происходящие минутой ранее, как забытый кошмар. Оставалось лишь непонятным, что она здесь забыла. В прочем, разбираться в таких подробностях не было нужды. Мимолетное приглашение Мадары отдавало лёгким раздражением. Но призрачная надежда продолжить начатое — будоражила до мозга костей. 

     Вальяжно перекинув собственные ноги  неспешным шагом в сторону новообразовавшегося «напарника», голубоглазая решила добавить несколько деталей, которые показались ей весьма занятными, но незаметными в начале потасовки. Сложив все пазлы воедино, картина складывалась уж больно неоднозначной. Либо же просто слепо игнорировалось девицей.

      — С твоим нынешним запасом чакры, ты даже не осознал бы, что произошло. Но похвально, что твои ресурсы настолько, эм.. бездонные? Впервые такое вижу. — Шепот с её уст звучал как искренняя похвала, переплетенная с присущей для неё язвительностью. Схлопнув руки воедино, прерывая нависшую тишину, уголки губ растянулись в улыбке, — Что ж, миссия Б? Замечательно.