С чистым, искренним любопытством Арахабаки подкралась сзади, так же всматриваясь в содержимое свитка, но её понимание заканчивалось на том, что там какая-то писанина. Женщина к своим не малым годам совершенно не умела читать, распознавая только общие слова, что наиболее часто встречались ей за те немногие годы свободы. И только слова шиноби дали хоть немного понимания, что же там такого интересного было написано, а его тон говорил о том, что ничего хорошего для них.

- И? Больше букашек? - она склонила голову на бок, непонимающе хлопнув широко распахнутыми глазами, из-за чего немного могла напоминать филина. - Мне их утопить?..

Вопрос сам по себе звучал несуразно посреди пустыни, но стоило только вспомнить о незаурядных способностях этой эксцентричной куноичи, как смысл её слов найти становится в разы проще. И понимание на лице чунина тому свидетельствовало. Похоже, что такой вариант развития событий в этот раз был приемлемым, так что красноволосая женщина воодушевленно прихлопнула в ладошки, прежде чем спрятать руки в широких рукавах кимоно и с недоверием покосилась на двух шиноби, приставленных к ней в качестве помощников.

- И зачем они? Я же и так справлюсь, только путаться будут...

В словах Арахабаки проскальзывала обида, будто её недооценивали или принижали тем фактом, что считали необходимым наличие сопровождения.

- Я не сомневаюсь, что ты справишься, но не нужно все брать на себя. Ты не всесильна, а врагов может оказаться много... Эти ребята тебя просто подстрахуют. Мы не можем себе позволить потерять такую ценную боевую единицу, как ты, так что просто дай им помочь себе.

Ответ одновременно тешил её самолюбие, но в то же время не искоркнял закрывшуюся в сердце обиду, так и написанную на её лице и надутых губках. Арахабаки всем своим видом показывала свое мнения на счёт этого решения, чем не внушала доверия молодым и зелёным шиноби, косо переглядывающихся друг с другом. Похоже, что они питали явные сомнения на счёт такого главного в их команде.

- Бу-бу-бу! - покривлялась она, делая руками уточек. - Никто мне не нужен и все.

Она была тверда в своих словах, аж ножкой тупнула для подкрепления сказанного, и развернулась, уходя прочь из лагеря. Впрочем, приставленные помощники, напоследок жалостливо взглянув на чунина, все же пошли за ней следом.